Бережное сохранение ценного, грамотная работа с общим проектом, современные технологии и материалы в соединении с советским гипсом. Если вся работа по сохранению и приспособлению культурного наследия пойдет по такому пути, то потомки скажут нам спасибо.
Тема сохранения исторического и культурного наследия, если взглянуть на нее с точки зрения соотношения с органами государственного управления и власти, относится сразу к двум отраслям. Формально «наследие» находится в ведении культуры, а в реальности гораздо ближе к строительству. Причем в самой широкой трактовке. По крайней мере, случаи «несохранения» или намеренного уничтожения наследия — это почти всегда история, в которой без нынешних зодчих не обходится. Впрочем, и спасение памятников, реконструкция, реставрация — это тоже работа в основном строителей.
Поэтому важнейшим событием в вопросе сохранения исторического наследия стало принятие национального проекта «Жилье и городская среда». Хотя бы потому, что в зависимости от того места, которое займут в этой программе памятники культуры, архитектуры, истории, будет, простите за тавтологию, зависеть их место в городах уже самого ближайшего будущего. Что же предлагает гражданам России нацпроект?
Сохранение или расселение?
Сейчас минстрой России озвучил основные параметры крупнейшего национального проекта — предполагается, что ежегодно будут улучшаться жилищные условия 5 млн семей. Общий объем финансирования проекта до 2024 года — больше 1 трлн рублей. «Жилье и городская среда» — крупнейший из всех национальных проектов.
12 февраля в Казани Президент России Владимир Путин провел заседание Госсовета, которое было посвящено как раз этому нацпроекту. Еще глава государства пообщался на эту же тему с представителями общественности. Несколько архитекторов из команды Натальи Фишман задали принципиальные вопросы, имеющие непосредственное отношение к вопросам сохранения наследия.
Молодой человек из Елабуги рассказал президенту о сохранении исторических памятников в этом городе и внес рацпредложение. Суть его сводится к тому, что из предусмотренных нацпроектом 120 млн квадратных метров нового жилья вовсе не все должны быть новостройками. Что если строительные компании будут и восстанавливать объекты культурного наследия, которые вполне можно использовать как арендное жилье и так далее? «Чтобы это был не музей под открытым небом, а музей, где могли бы жить люди». То есть предлагается направить часть ресурсов нацпроекта на восстановление исторической недвижимости, чтобы ее использовать в качестве жилья.
Путин отметил, что у нас есть программа восстановления исторических городов, и «мы не бросим эту тему». Программу президент обещал расширить, а ее финансирование увеличить. То есть, в видении президента, программа сохранения исторического наследия не является частью национального проекта. Сохранение наследия рассматривается прежде всего в контексте восстановления исторических городов. Это те самые «исторические поселения», за статус которого сейчас борется, например, и Самара.
Однако очевидно, что построить миллионы метров жилья вне пределов исторических городов будет просто невозможно. Тем более что в части, касающейся расселения и аварийности, таится множество опасностей. Особенно если мы говорим о сохранении действительно исторических городов, а не отдельных объектов на фоне новостроек.
Важность Казани
Именно поэтому первая встреча по национальному проекту прошла в Казани. Путин встречался с общественностью в обновленном культурном центре «Московский», который сейчас для столицы Татарстана первый в большом проекте реновации старых дворцов культуры.
Свою программу по развитию общественных пространств в соседнем регионе запустили в 2015 году. А сейчас она взята за основу национального проекта и программы «Формирование комфортной городской среды». Поэтому новый центр культуры Владимиру Путину показывала Наталья Фишман — помощник президента Татарстана и главный создатель программы развития общественных пространств. Выбор Казани в качестве стартовой площадки показывает, что в национальном масштабе и дальше будут тиражировать идеи, реализуемые в Татарстане. Без всякого преувеличения, это выглядит впечатляюще, и очень жаль, что Самара почему-то не очень хочет учиться у Казани. Фишман рассказывала самарским архитекторам и чиновникам на осеннем воркшопе фактически то же, что и Путину. Но прорыва, подобного тому, что увидел президент в Татарстане, у нас, увы, не происходит.
Опыт соседей
Фишман занимается в большей степени общественными пространствами. Но сейчас молодые архитекторы под ее руководством ведут работу и с историческими зданиями. Тот же центр «Московский» в какой-то степени можно тоже назвать трендом, иллюстрацией, которая показывает общее будущее.
В бывшем советском ДК, построенном в несколько приемов, в прошлом году провели качественную реновацию. Сделали современный фасад, полностью перекроен модными архитекторами интерьер здания, но сохранен сталинский ампир в убранстве зала. На красивых современных принтах — самолеты советской эпохи. Их делали на заводе «Моторостроитель», к которому и относился ДК имени Урицкого.
Такое вот соотношение старого и нового. Бережное сохранение ценного, грамотная работа с общим проектом, современные технологии и материалы в соединении с советским гипсом. Если вся работа по сохранению и приспособлению культурного наследия пойдет по такому пути, то потомки скажут нам спасибо. Будем надеяться, что общее позитивное впечатление, которое произвела эта встреча, повлияет на весь нацпроект и сделает его таким же дружественным к историческому наследию, как это принято сейчас в Татарстане. От чего защищать наследие старой Самары? источник »
